Пн, 21 Октября, 2019
Липецк: +15° $ 63.95 71.13
Пн, 21 Октября, 2019
Липецк: +15° $ 63.95 71.13
Пн, 21 Октября, 2019

Признание в любви

Евгения Ионова | 04.03.2019 03:36:09
Признание в любви

Макио Хориэ – виртуозный виолончелист из Японии – в Липецке выступил впервые. Здесь же состоялась премьера его концерта, посвящённого русской любви

Японские музыканты – редкие гости на липецкой сцене. Макио Хориэ – яркий представитель молодого поколения инструменталистов-универсалов, который не только виртуозно владеет своим инструментом, но и сам пишет музыку. В Липецк виолончелист Страны восходящего солнца приехал по приглашению областной филармонии и лично дирижёра Государственного оркестра русских народных инструментов Алексея Моргунова.

Заниматься музыкой Макио начал в три года, в шесть состоялся его первый сольный концерт, в девять он уже выступал с симфоническим оркестром Осаки. В 2009 году Макио с отличием окончил школу при музыкальном университете Токио. Затем была учёба в Московской консерватории имени Петра Ильича Чайковского и Венском университете музыки и исполнительского мастерства. В его послужном списке – победы и лауреатство в самых престижных мировых конкурсах и фестивалях. Некоторое время Макио Хориэ работал в Москве в Большом театре. Сегодня он живёт в родном городе Осака и активно концертирует по всему миру.

Годы занятий с русским педагогом в Японии и учёба в Московской консерватории сделали своё дело – Макио не только любит русскую музыку, он очень хорошо говорит по-русски и даже прекрасно шутит.

– Макио, как же так получилось, что в три года вы выбрали виолончель? Ведь даже «восьмушка» была намного выше вас «ростом»?

– Родители хотели, чтобы в моей жизни была музыка, хотя сами не играют ни на одном инструменте, даже на японском. Говорят, что виолончель я выбрал сам – форма мне понравилась. Хотя всё-таки надо сказать правду – первым моим инструментом стала скрипка. Только держал я её не как скрипач на плече, а между колен, как виолончелист. Да и струны на ней натянули альтовые. Вот на таком синтетическом инструменте я и учился играть.

– Есть ли среди виолончелистов ориентиры?

– Конечно, это Наталья Шаховская – мой консерваторский педагог, победитель Второго международного конкурса имени Чайковского в номинации «виолончель». Ещё – мой учитель в Японии Дмитрий Фейгин, сын Валентина Фейгина, взявшего второе место вслед за Шаховской на конкурсе Чайковского. Вообще я с большим уважением отношусь к русским виолончелистам: Григорию Пятигорскому, Даниилу Шафрану, Мстиславу Ростроповичу.

– Скрипка считается самым сложным и уникальным инструментом, орган – «королём» инструментов. А какая, на ваш взгляд, виолончель?

– Виолончель сродни человеческому голосу, как мне кажется, мужскому.

– А мне всегда казалось, что виолончель звучит иногда, как плачущая женщина…

– Это вы очень сентиментальны. У меня такого нет, музыка – это же моя работа (смеётся). В Японии принято давать конкретные определения, если я музыкант – значит, это моя работа. У нас говорят в таких случаях: «я ем за виолончелью». То есть так увлечён своим делом, что некогда отвлечься на что-либо. А я могу перефразировать так: «я ем виолончель». Настолько я погружён в свой инструмент, в музыку.

– По своему опыту, пусть и скромному, школьному, знаю – бывают кризисные моменты, когда хочется всё бросить. У вас такое случалось?

– Постоянно! Двадцать лет всё хочу бросить, да не получается. Вот только решусь, а тут концерт – и я снова влюб­лён и не могу сказать «нет». 

– Почему профессиональное образование вы решили получать именно в Москве?

– Всё началось с Дмитрия Валентиновича Фейгина, моего русского учителя в Осаке. Он-то мне и посоветовал поступать именно в класс Натальи Шаховской. Здесь же, в России, я выучил и язык. Правда, сейчас всё меньше поводов говорить по-русски, тут я бываю, к сожалению, реже, чем хотелось бы. Зато появился в моей жизни английский язык. Но им я владею хуже, чем русским.

– Вы живёте только музыкой, или есть иные интересы, увлечения?

– Люблю читать. В последнее время всё чаще читаю легкомысленную современную японскую литературу – так голова отдыхает. В Москве читал и русскую литературу, только в переводе, по-японски. Читать по-русски не умею.

– У вас прекрасное чувство юмора. Вы замечательно шутите по-русски…

– На японском я шучу чаще. Мне нравится создавать хорошее настроение и себе, и окружающим. Русский язык сложен тем, что одно слово может означать множество понятий. И этим он прекрасен!

– В Липецк вас пригласил дирижёр нашего Государственного оркестра русских народных инструментов Алексей Моргунов. Как вы с ним познакомились?

– У нас есть общие знакомые в мире музыки. В прошлом году Алексей приглашал меня в Тамбов – там я играл в дуэте с пианисткой Анастасией Соколовой. А в Липецке мне выпала удача выступить на одной сцене с камерным оркестром «Русская классика», дирижировал которым Алексей Моргунов.

– В программе липецкого концерта музыка, написанная Макио Хориэ. Давно занимаетесь композицией?

– В Липецке состоялась премьера моего произведения «Кристина». До этого я писал музыку для нашего семейного трио – младший брат играет на скрипке, сестра – на фортепиано. А вот концерт для виолончели с оркестром написал впервые и очень быстро – за два месяца.

– Вы дали своему «первенцу» имя Кристина. Это же что-то означает?

– Кристина – это моя русская любовь. Что сегодня происходит между нами, я не могу себе объяснить: есть ли у нас любовь или уже ушла... И вот, когда я страдал, музыка и создавалась. Получается, что моя музыка – о любви. И о надежде на то, что всё будет хорошо. У меня есть виолончель, и по-другому я не могу объяснить ни то, что думаю, ни то, что чувствую.

– Вы сегодня себя позиционируете как исполнитель или композитор?

– Я всё-таки виолончелист, концертирующий музыкант. А музыку пишу по мере необходимости. В Японии большие строгости с авторскими правами, поэтому легче и дешевле написать самому, чем пытаться договориться с другими композиторами. Другое дело – классики. Моя неизменная любовь – Бах. Его музыку я играл с самого детства и буду играть до смерти. А вообще я люблю того композитора, которого исполняю в данный момент. Если пришло для меня время Бетховена – я выбираю его произведения, влюбляюсь в Брамса – разучиваю только его музыку.

– Когда человек уезжает в другую страну, погружается в чужую культуру, сам меняется, потому что учится чему-то совершенно новому. Чему научила вас наша страна?

– Очень многому. Конечно, я здесь вырос как музыкант, как профессионал. И всё-таки самое главное моё удивление – это русский характер. В вас столько много эмоций! И только пожив в России, я понял вашу великую музыку, Чайковского, Рахманинова. В их музыке есть и горячие, и холодные чувства, спрятанные глубоко внутри вас. Но по-настоящему понять русскую музыку можно, только узнав вашу русскую жизнь, ваше русское сердце и даже русскую кухню.

– Кстати, что-то из нашей кухни вам понравилось?

– Картошка! Это моё любимое блюдо (при этом Макио демонстрировал рукой, как мнут картофель, делая пюре. – Прим. ред.). Я без неё просто умираю. Она намного лучше риса – это точно!

– По чему русскому вы ещё скучаете у себя в Японии?

– Наверное, по холоду. Мне понравилась русская зима. У вас воздух очень чистый. И какой-то… (замолчал и пальцами показал, будто натягивает нить двумя руками) сильный, звенящий, напряжённый, наверное, от вашей эмоцио­нальности. Он не пустой, сквозь него сложно идти. Когда вы идёте по улице, лица у вас очень холодные, а ведь на самом деле русские – добрые и отзывчивые люди. 

– Спасибо, Макио. И за разговор, и за любовь к моей стране и русской музыке. 


В ТЕМУ

Макио – фантастический музыкант

Алексей Моргунов, дирижёр Государственного оркестра русских народных инструментов и оркестра «Русская классика»
Липецкой областной филармонии

- Макио – фантастический музыкант, он изумляет. Технически он оснащён совершенно, что позволяет ему решать на сцене любые задачи. И он свободен, а это большая редкость среди исполнителей на струнных смычковых инструментах. Таких виолончелистов в мире не так уж и много. С ним выступать на одной сцене одно удовольствие. Когда мы заговорили о репертуаре концерта, Макио сам предложил что-либо написать. Меня это удивило. Он же представитель совершенно другой культуры, носитель другого мелоса, иного музыкального строя. Его мышление отличается от нашего, хоть он и учился сначала у русского педагога, затем в Московской консерватории. Его концерт написан в европейской традиции, есть ассоциативные связи с кинематографом. Думаю, наш эксперимент удался.


Алексей Моргунов, дирижёр Государственного оркестра русских народных инструментов и оркестра «Русская классика»  Липецкой областной филармонии

Алексей Моргунов, дирижёр Государственного оркестра русских народных инструментов и оркестра «Русская классика» Липецкой областной филармонии

Алексей Моргунов, дирижёр Государственного оркестра русских народных инструментов и оркестра «Русская классика»  Липецкой областной филармонии
Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных