Пн, 18 Февраля, 2019
Липецк: -2° $ 66.70 75.25
Пн, 18 Февраля, 2019
Липецк: -2° $ 66.70 75.25
Пн, 18 Февраля, 2019

Михаил Коростин: "Люди стали больше думать о своём здоровье"

Наталья Сизова | 21.01.2019 07:02:00
Михаил Коростин: "Люди стали больше думать о своём здоровье"

Период январских праздников в нашей стране считается пиковым по смертности от алкоголя. По мнению специалистов-наркологов, новогодний алкогольный марафон ежегодно уносит несколько сотен тысяч жизней

Как новогодние возлияния отразились на липчанах? Об этом журналу «Итоги недели» рассказал главный врач Липецкого областного наркологического диспансера Михаил Иванович Коростин.


– Последние два-три года ситуация с употреблением алкоголя и наркотических веществ в нашем регионе остаётся стабильной. Есть даже некоторое снижение тяжёлых форм проявления алкоголизма. Меньше стало и смертей от этого недуга. Люди, к счастью, поне­многу отказываются от непомерного употребления алкоголя и думают о своём здоровье. Приходит понимание: от количества выпитого спиртного напрямую зависит и физическое, и материальное, и душевное благополучие. Это мнение подтверждается и нашим соц­опросом, результаты которого будут обнародованы в конце января.

Согласно исследованиям, людей, принимающих алкоголь очень редко, – около шестидесяти процентов. Такую же цифру озвучили и во всероссийском «Левада-Центре». А в группу самых активных потребителей входит от шести до восьми процентов опрошенных. Хотя ещё лет десять назад «активных» было около пятнадцати процентов.

– Но проблема алкоголизма всё-таки остаётся?

– Нас, наркологов, беспокоит огромный поток контрафактной продукции, самогоноварения. Надо понимать, что самогон – это не кефир собственного приготовления. В нём огромное содержание сивушных масел и прочих вредных примесей. И мнение, что «свойский» продукт лучше и безопаснее заводского, – глубоко ошибочно. К сожалению, сейчас легко можно купить самогонные аппараты различной модификации, даже с программным обеспечением. Это беспокоит, потому что число пациентов с белой горячкой в прошлом году выросло. И это не опустившиеся люди, у всех есть семьи, работа. Просто попробовали самогона. Совет один: снижайте градус и количество выпитого. Лучше, если крепость спиртного не превысит шестнадцати градусов. Меня как доктора заинтересовало одно исследование, проведённое в Великобритании. Учёные изучили причины смертности двухсот тысяч человек. Оказалось, треть смертей была связана с проблемой алкоголизма. Заключение специалистов однозначное: безопасных доз алкоголя не бывает! При употреблении спиртного риск инфарктов, инсультов, онкологии увеличивается многократно. Два бокала вина или три рюмочки водки раз в месяц – это предел допустимого. Но ведь россияне не могут пить помалу.

– У нас по-прежнему высокий годовой показатель: восемнадцать литров крепких спиртных напитков на человека?

– Нет, сейчас уже двенадцать литров. Мы достигли показателя 1984 года, когда в стране шла активная антиалкогольная кампания. Слава Богу, в регионе не зафиксированы отравления различными «фанфуриками». Несколько лет назад были случаи, когда от контрафакта люди желтели – печень не справлялась с ядом. Но эти «точки смерти» быстро ликвидировали. Надо помнить: при употреблении одеколонов, стеклоочистительных средств люди быстро становятся слабоумными инвалидами. Считаю, что на аптечную и парфюмерную спиртосодержащую продукцию нужно вводить акцизы.

– Какова же статистика новогодних праздничных дней?

– Если взять число больных, поступивших к нам в начале года, то вроде бы оно повысилось на пятнадцать процентов. Но посмотрим на качественный состав – это не алкогольные психозы и не летальные исходы (в эти праздники скончался лишь один человек, а в прошлом году – три). Основная масса поступивших – анонимные, добровольно согласившиеся на лечение пациенты. Они поняли, что «перебрали» со спиртным, и обратились за помощью. То есть новогодние праздники прошли относительно благополучно. Но впереди – 23 февраля и 8 Марта. Будем мониторить ситуацию.

– Михаил Иванович, кто больше пьёт: горожане или селяне, молодые или пожилые?

– Пьют одинаково и в городе, и в селе. Разница лишь в том, что пьют. В городе покупают больше легального алкоголя. В деревне до восьмидесяти процентов жителей употребляют самогон и суррогатные вещества.

Наркологи вообще ратуют за то, чтобы спиртное продавать с 21 года. К этому времени человек начинает осознавать свои жизненные приоритеты. У нас снизилось общее число подростков, употребляющих горячительные напитки. В прошлом году у наркологов «отметились» 240 подростков, которые впервые попробовали алкоголь. Число стоящих на учёте в наркологии также уменьшилось с двадцати двух тысяч в 2015-м до восемнадцати тысяч – в 2018-м. В последние годы более чем в два раза убавилось число алкогольных психозов: если в 2010-м 961 случай, то в 2018-м – 390.

– Как вы считаете, есть ли способ отвадить людей от спиртного?

– Просто надо понять: в жизни, кроме выпивки, есть много других занимательных вещей: кино, театр, путешествия, спорт... В конце концов, деньги можно потратить не на водку, а на что-то качественное, вкусненькое для своих родных, на подарки к празднику. Это тоже поднимает настроение.

Я абсолютно согласен с тем, что надо популяризировать в массах физическую культуру, строить спортивные площадки, бассейны, катки. Чтобы у человека всё было в шаговой доступности. А вот продажу спиртного лучше организовать за пределами города, разместив где-нибудь на окраине солидный алкомаркет. Туда молодёжи будет сложнее добраться. А в обычных магазинах можно оставить только пиво.

Но самое главное – нужно пропагандировать атмосферу неприятия, нетерпимости к алкоголизму в обществе и всем миром осудить пьянство. Мировые социологи пришли к выводу: если нет общественного неприятия алкоголизма, то любые антиалкогольные программы будут буксовать. Курс на трезвость необходимо поддерживать и в административной власти, и в силовых ведомствах, и в общественных институтах, и в трудовых коллективах, и в семьях. Но убеждать нужно корректно и грамотно, не унижая человеческого достоинства.

У нас немало примеров, когда рядом расположены две деревни: в одной спились поголовно, а в другой – живут хорошо. Почему так? Просто там, где спились, никому до людей не было дела, а там, где живут нормально, односельчане не приемлют пьянство. Там нет условий, чтобы разрастись «зелёному змию». Там модно быть трезвым и успешным.

– А страх смерти может остановить пьющего?

– Может. Но ненадолго. Россияне, которые в большинстве своём живут в стрессе, очень быстро привыкают к страху смерти. Им становится безразлично. На Западе, к примеру, страх смерти или болезни ассоциируется с материальными потерями. У нас такого нет. Людям зачастую нечего терять, кроме собственной жизни. Впрочем, на крупных предприятиях есть специальные схемы работы с «неблагонадёжными». Проводится углублённый наркологический медицинский осмотр, а некурящим и непьющим могут давать дополнительные бонусы, скидки, премии. Это мотивирует нарушителей отказаться от пагубных привычек.

– Помимо алкоголя, у наркологов есть и другие «болевые точки». Например, новый виток распространения афганского героина. Можно об этом подробнее?

– К счастью, пропаганда и тестирование сделали своё дело, и многие отказались от потребления синтетических наркотиков. А то ведь была просто эпидемия! Но свято место пусто не бывает, и летом 2018-го к нам снова пришёл героин. Видимо, решили, что это более натурально и дешевле. Но сила волны уже не та, которая накрыла нас в конце девяностых. Да, всплеск смертности среди бывалых наркоманов мы зафиксировали. Но сейчас у нас нет подростков, больных наркоманией, и это огромный плюс.

Около трёх тысяч учащихся в год мы обследуем на потребление наркотических веществ. Думаю, было бы кстати ввести внеплановое обязательное тестирование на наркотики не только в учебных заведениях, но и на производстве. Да, это потребует немалых вложений – не менее восьмисот рублей на человека. Но в итоге мы получим гораздо меньше проблем с наркоманией и гораздо больше экономического и нравственного эффектов.

У нас очень хорошо поставлена система реабилитации наркоманов – ежегодно около 120 человек мы снимаем с учёта со стойким выздоровлением. Люди возвращаются в семьи, находят работу. А в былые годы каждый наркоман совершал в год до 250 краж и около 40 грабежей, чтобы достать дозу! Это тоже результаты правильного подхода к организации системы реабилитации.

– А как быть с зависимостью от разных гаджетов?

– К сожалению, к нам пока немногие обращаются с подобными вопросами. Видимо, не считают это чем-то опасным. Но я общался с игроманами – они очень ослаблены, выключены из реальной жизни, не могут работать полноценный рабочий день, у них сбит режим. Возьмите, к примеру, обычную лопату: ею можно вскопать огород, а можно и человека убить. Так и с гаджетами – нужно иметь меру и целеполагание. Тогда электронная система не будет разрушать человека. Страшно, когда в погоне за лайками и сомнительной славой безумцы сжигают храмы, расстреливают ни в чём не повинных людей. Как это предотвратить? В Китае уже начался ввод электронных систем, которые побуждают людей быть ответственными за проступки. У них с электронными системами работают мощные корпорации, которые «отлавливают» правонарушителей. Как будет у нас? Возможно, узнаем в ближайшие годы. Когда уйдёт поколение тех, кто не имеет электронной зависимости. А вместо людей станут работать роботы. Люди деградируют, превратившись в рабов гаджетов. Молодёжь должна сделать разумный выбор в сторону независимого от «искусственной радости» поведения, в сторону здорового образа жизни.

Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных